Проснулся Обретший Мудрость от шороха многочисленных лап. Выглянул из своего укрытия и вот что представилось его взору: тысячи демонов, демониц, демонят и прочего демонского отродья ползают на четвереньках по земле и при свете луны под каждую травинку, под каждый камешек заглядывают, каждую песчинку переворачивают. А между ними на огромных мохнатых пауках демоны-хранители драгоценностей разъезжают и указания дают — надоело им в засаде сидеть. Шевелят пауки страшными лапами, стучат ядовитыми когтями, восемью светящимися глазами во все стороны пялятся — на любого готовы наброситься.

Вдруг раздался радостный визг, это мелкий демоненок шлем отшельника нашел. Но не долго радовался, накинулись на него другие демоны — каждый хочет шлем Старшему демону отнести, награду получить — и разломали шлем на мелкие кусочки.

«Меня ищут», — подумал Спокойный. Вдруг слышит — за спиной что-то страшно засопело и зачавкало. Осторожно, стараясь не выдать себя, обернулся он и видит, как один из демонов-хранителей драгоценностей — самый прожорливый и вечно голодный демон вместе со своим пауком с чавканьем и хлюпаньем тушу демона-воителя обгладывает, ту самую, в которой и укрылся отшельник. Но не успел демон вдоволь полакомиться. Подъехал на пауке еще один демон-хранитель драгоценностей — тот, чье дыхание как ветер, который мог бы при желании луну с неба сдуть, — и набросился он на обжору:

— Хватит жрать, бездонное брюхо! Иди, ищи человечишку, иначе не миновать тебе наказания!

— А что толку искать, — отвечает самый прожорливый демон, — если самый глазастый не увидел, самый ушастый не услышал, самый длиннорукий не нащупал, да и все остальные демоны оказались бессильны. Давно пора пойти на поклон к ТОМУ, чье имя произносить нельзя. Уж он бы мигом отшельника нашел.

— А кому охота сотни лет в огне гореть? — сказал демон с дыханием как ветер. — Знаешь ведь, что когда ТОТ забавляется с демоницами, он любого, кто ему помешает, бросает в огонь и поджаривает веками. Погоди, вот если с отшельником не сладим, чего доброго и нас зажарит.